Сергей Шиптенко: Белорусские выборы: на "российской скрипке" некому играть

В Белоруссии фактически стартовала президентская кампания. Эксперты анализируют перспективы полутора десятков претендентов на пост главы государства и отмечают, что шансы на победу в честной конкурентной борьбе альтернативных Александру Лукашенко кандидатов, мягко говоря, невелики. Многие сходятся во мнении, что честной конкурентной борьбы не будет: выборы могут быть объявлены, но выбора не будет, а будет лишь голосование с вполне предсказуемыми итогами.

Кремль фактически, вольно или невольно вступил в президентскую кампанию в Белоруссии. При этом он не продвигает своего кандидата, но ясно дает понять, что Лукашенко - persona non grata. То есть, белорусам предлагается самим определиться с выбором, учитывая объективные и субъективные обстоятельства сложившейся ситуации.

Москва, в отличие от Брюсселя и Вашингтона, не формировала в Белоруссии свою группу влияния. Поэтому сильных пророссийских кандидатов в фактически стартовавшей президентской кампании, объективно нет. Нет и слабых пророссийских кандидатов - в отличие от прозападной правой оппозиции, в рядах которой есть хотя бы таковые.

В данном контексте уместно обратить внимание на то, как госагитпроп Белоруссии выстраивает стратегию своего присутствия в информационном пространстве, как собирается обеспечивать линию защиты "белорусской модели" (т.е. избирательную платформу кандидата от власти), какие достижения 16-летнего периода будет поднимать на щит, кого и как уничтожать в образе врага.

Некоторые тенденции заметны уже сегодня. Среди них - идейный плагиат, в частности - широкое внедрение идеологической контрабанды получившего в США политическое убежище лидера местных ультранационалистов Зенона Позняка. Ситуация настолько печальна, что некоторые "идеологические кадры", добросовестно проштудировавшие труды оппонента Лукашенко, уже не отличают своих мыслей от чужих.

Градус критики России как государства, ее президента и главы правительства персонально резко активизировался сразу же после возвращения Лукашенко из Астаны. Многие наблюдатели охарактеризовали данный шаг как запоздавшую реакцию на фильм НТВ "Крестный батька" и стремление на психологическом уровне компенсировать итоги "газовой войны" и спора о "нефтяных пошлинах".

Примечательно: переход на личности белорусским госагитпропом получил эффективный отпор тогда, когда "наезд" был совершен не на Путина (который изредка отшучивается) или Медведева (который постоянно отмалчивается), а на Алексея Миллера.

Российские СМИ дали мощный пропагандистский залп по репутации Лукашенко. Телеканал НТВ показал документальный фильм "Крестный батька", а телеканал Russia Today - сюжет "Последний диктатор Европы". Помимо этого как электронные, так и печатные СМИ опубликовали серию материалов о состоянии белорусско-российских отношений, роли официального Минска в строительства Союзного государства и формировании Таможенного союза. Белорусские независимые медиа и блоггеры присоединились не только к распространению данных материалов, но и активному их обсуждению.

Предварительные выводы дают основание считать, что информационная "стена", выстроенная госагитпропом, не выполняет свою функцию. Более того: изоляция информационного пространства изначально была тупиковой и рассчитанной не столько на результат успешного противодействия информационно-пропагандистским атакам извне, сколько на трудоустройство определенного круга лиц и освоение ими бюджетных средств. Нужна была "активная оборона". Но для этого требуется, прежде всего, интеллектуальный ресурс, коим госагитпроп, судя по последним эпизодам, не блещет.

Из новаторских идей, реализованных во время последней "газовой войны", следует отметить обращение к российским оппозиционерам. Теперь уже не столько официозные журналисты собственноручно компонуют компромат на высшее руководство России, сколько помогают таковой растиражировать российским комментаторам, которые с энтузиазмом или неосознанно исполняют роль Тоньки-пулеметчицы.

Представляя различные оттенки идеологического спектра, российские доброхоты охотно "пиарятся" в белорусском информационном пространстве и предоставляют официальным госСМИ столь необходимые "головы в кадре". Впрочем, иногда мы имеем дело с искусством монтажа, отмечая в видеоряде титулованных персон, которых трудно даже заподозрить в личной неприязни к руководству "Газпрома", российскому премьеру или президенту.

Еще одна особенность текущего момента информационной войны заключается в том, что в новостных блоках телерадиопрограмм и газетных публикациях в сообщениях о России акцент сделан на негативе - катастрофах, стихийных бедствиях, убийствах, длинных очередях, снижении котировок акций российских компаний и т.д. Таким образом, критика России как государства и персонально Медведева и Путина стали неотъемлемыми элементами печатных и электронных публикаций госСМИ союзной Белоруссии.

Видимо, акцент на образе "врага" должен каким-то образом смикшировать недостатки белорусской действительности. Однако, проблема в том, что общественное мнение Белоруссии реагирует не так, как в Прибалтике, где ранее на критике России и откровенной русофобии было выстроено нечто вроде госидеологии.

Анализируя все то, что за последние 15 лет было произнесено с высоких трибун и опубликовано госСМИ на тему славянского братства, неизбежности и жизненной необходимости объединения Белоруссии и России и т.п., закономерно возникает вопрос: имеют ли моральное право минские "идеологи" рассказывать анекдоты о "горячих эстонских парнях"?

Очевидно: антироссийская карта не может быть козырем в белорусской политической игре. Во-первых, белорусы не воспринимают Россию как "врага" и не радуются российским проблемам, а сочувствуют россиянам. Расхожее мнение о братских чувствах двух народов - не миф и не результат усилий публицистов конца прошлого века, а объективный факт, нашедший отражение в итогах референдумов. Белорусы активно потребляют информационный продукт российских телеканалов, что говорит о том, что Россия для них - не чужая страна. К сожалению, специфическая ситуация с социсследованиями в Белоруссии не дает нам возможности указать на реальный рейтинг популярности Путина и Медведева.

Во-вторых, критикой российской действительности невозможно заретушировать белорусскую проблематику, которая местным жителям ближе и понятнее. Электронные СМИ и филиалы российских печатных изданий позволяют белорусам сравнивать свои доходы с пенсиями и зарплатами российских врачей, учителей, военных и т.д., а также получать иную информацию, позволяющую формироваться альтернативному мнению.

В-третьих, срабатывает традиционный для белорусов рефлекс "ухода в партизаны" и откровенного саботажа антироссийских акций. Впрочем, он срабатывает и во многих других случаях. Например, когда под видом госидеологии белорусам пытаются навязать нечто, что противно их традиционным ценностям, ментальности, стереотипам поведения, белорусской национальной идее. Так было в начале 90-х. Поэтому ответственным за госпропаганду уместно повторить уроки.

Нетрудно предположить, что будет в том случае, когда российские партнеры белорусского госагитпропа будут нейтрализованы, а московские и питерские политтехнологи будут мобилизованы на контракцию. Видимо, в Минске ожидают развития такого сценария. Ведь, в отличие от российских коллег, получающих дивиденды за достигнутый результат, минчане сидят на зарплате и заинтересованы не столько в победе, сколько в продолжении войны и, обращаясь к метафоре классика, "любят себя в театре".